Картины маслом

Подробнее  

Картины маслом

Подробнее  

Картины маслом

Подробнее  

Картины маслом

Подробнее  

 

Добро пожаловать!!!

Лобанов Андрей Павлович

 Родился я в небольшом сибирском городке, в названии которого соединились

имя реформатора, кумира многих поколений Советских людей и образ сильного человека, полубога, кузнеца, городе Ленинск — кузнецкий.

Единственное что я запомнил так это вкус сладкой ваты, даже не ее вкус, а ее вид, пушистый белый комок на палочке. Мы, видимо гуляли с матерью и отцом в городском парке, и я выпросил это лакомство. Состояние счастья и великой радости от любви родителей и вкуса сладкой ваты сохранились у меня на всю жизнь. Но в Кемеровской области прожили мы недолго и

через два года, после моего рождения, переехали в деревню Чушевицы Кич — городецкого района, Вологодской области, где прожили несколько лет, а затем перебрались поближе к Вологде, в деревню Чобсара, о которой у меня осталось много ярких воспоминаний.

Мать моя, преподаватель химии, учила местных балбесов предмету с рвением молодого педагога, а местная шантрапа не желала изучать предмет, поэтому мать приходила домой  взвинченная и расстроенная.

Отец работал грузчиком в каком-то лесном хозяйстве, бывало выпивал, но если и приходил домой  пьяный, никогда не устраивал скандал, не буянил, а ложился спать, обычно под стол, который стоял в зале, круглый и большой.

Запомнился случай, который произошел на восьмое марта. Отец купил матери в подарок три конфетницы. С подарками, особенно в деревне было туго в  то время и отец, видимо купил, от души эти три зеленые конфетницы.

По дороге, или до покупки этих конфетниц, принял на грудь и домой уже пришел в изрядном подпитии, мать его определила под стол, а при нем была только одна конфетница, и точно не помню, но вроде он тогда купил еще и три десятка яиц на решетке, как их не поколотил по дороге известно ему одному. На следующий день недостающие две конфетницы принесли соседские пацаны. Как они узнали, что это наши конфетницы я не помню,

хотя в деревне все про всех знают.

Очень хорошо помню, как отец жарил с утра на следующий день блины. В какой-то поваренной книге он нашел рецепт, или в другом месте, но точно помню, что в тесто для блинов он добавил две столовые ложки сухого вина. Вкуснее блинов, мне кажется, я не ел.

Учился я в школе, в начальных классах очень плохо, оценки мои частенько

не поднимались выше трех баллов, колы, двойки, других не помню.

Видимо мне просто было не интересно. Вообще я был ужасным сорванцом и заводилой. Передрался со всеми во дворе и в классе, мать часто вызывали в школу,  и она плакала от моих, в кавычках успехов.

Мать, чтобы повлиять на мое воспитание, записала меня в музыкальную школу и хор. На занятия я часто забывал ходить, болтался где-то, и домой приходил не вовремя.

Мать очень расстраивалась, плакала, проводила со мной беседы, вразумляла, но все было напрасно.

Очень сильно на меня повлиял очередной переезд нашей семьи в город Сясьстрой Ленинградской области. Там я пошел в третий класс и почему-то стал учиться почти на отлично. Хотя поведение мое часто оценивали, как неудовлетворительное, учиться я стал хорошо, и особенно меня увлекала математика.

Помню, как нас принимали в пионеры, как повязали красные галстуки,

Все проходило очень торжественно, и я запомнил высокий подъем в своем настроении.

Напротив нашей школы, за небольшим парком, стояла школа для глухонемых. Мы часто на переменах бегали их дразнить, случались стычки,

но серьезных драк не было. Почему-то все считали глухонемых очень сильными, и мы часто убегали от них, больше даже не от страха, а ради какой-то игры.

 

Хорошо помню годы, проведенные в восьмом классе и после него.

Семья в очередной раз переехала в деревню Кисельню, чуть ближе к Ленинграду. Там мать получила двухкомнатную квартиру от Сельского ПТУ,

куда пошла работать.

Мне тоже пришлось идти учиться в это ПТУ, так как в местной школе была восьмилетка. А ездить учится в Сясьстрой, или Ленинград, не было средств. Мы жили очень бедно, зато в ПТУ мне дали стипендию в 80 рублей в месяц и обмундирование.

Это было большое подспорье для семьи. В ПТУ я вступил в комсомол, учили нас на трактористов-машинистов широкого профиля. Учеба там давалась мне очень легко, в 1984г за хорошую успеваемость я поехал по путевке в Чехословакию по линии Спутник. В то время был очень популярен кубик Рубика, в Чехословакии я научился его быстро собирать и делать разные фигуры. Когда приехал в училище, то все мои однокурсники и ребята с других курсов приходили ко мне учиться. А я чувствовал себя настоящим Гуру.

В Чехословакии меня очень впечатлила пещера Мацоха, в глубь которой мы отправились на катере по подводной реке. Огромные залы ее и внутреннее убранство поразили меня своей красотой.

В Праге я поймал себя на мысли, точнее было такое ощущение, что я уже был здесь и все это когда-то видел, даже мне показалось, что я участвовал в ее исторических событиях. Как сейчас называют это состояние, дежавю.

Хотя я учился в ПТУ, я точно знал, что не останусь в местном совхозе работать после учебы. Меня всегда привлекала морская романтика. И я решил поступать после окончания ПТУ в Ломоносовское мореходное училище ВМФ.

Поэтому, будучи на практике после окончания ПТУ, усиленно учил геометрию и математику прямо в тракторе, на поле.  Надо заметить работники

Совхоза очень сильно выпивали в то время, я поражался этому, ведь они пили почти всю неделю, иногда разве, в четверг, чуть ли не до обеда, бригада выезжала, чего-то сеяла, боронила, а потом снова напивалась. Прямо, как в том анекдоте про колхоз.

Помню интересный случай про свое поступление. В брошюрке, которую где-то откопала мать, было написано, что для, поступающих предоставляется общежитие и бесплатное питание. Поэтому в дорогу на неделю мать выдала мне всего 10 рублей. Абитуриентам действительно была предоставлена казарма, в которой мы и жили, но вот питаться приходилось самим.

Часть денег у меня ушла на дорогу; автобус, электричку, метро, осталось на питание, где-то рубля три. Пришлось растягивать, все, что я мог себе позволить на эти деньги, так это с утра чай, в обед чай с пирожком, вечером опять чай. Потом мы с мамой, вспоминая этот курьез, смялись до слез.



 

Поступил я в мореходку легко, в то время я был очень самоуверен,

хотя и прошел по проходному баллу впритык. На экзамене по Русскому и литературе досталась тема Молодая Гвардия по Фадееву. Я этот роман не читал, хорошо, что преподаватель подсказала, что действие проходило в Краснодоне, а руководил всем Олег Кошевой. Я же перед поступлением выучил наизусть пять образцовых сочинений, которые принесла мне мать.

Одно из них было на тему: Подвиг Советского народа в Великой Отечественной войне. Вот я его и накатал почти от строчки, до строчки, а в конце дописал, что так же и Олег Кошевой в Краснодоне помогал приблизить долгожданную победу в этой войне. За что получил проходной балл. Математику мне удалось списать по шпоре. Остальное было легко. Вот так я поступил в ЛМУ ВМФ, чему был несказанно рад.

После экзаменов нас построили на плацу, зачитали фамилии поступивших, объяснили, когда приехать в училище на учебу, дали коротенький инструктаж.

В воздухе витало ощущение новизны, было состояние окрыленности и очень хотелось поскорее попасть на флот, дабы бороздить его просторы на красивом корабле.

Четыре года учебы пролетели очень быстро, самым трудным был первый курс, а самым легким последний. За время учебы, по воскресеньям я ездил в Ленинград, часто ходил в театр. Посетил все театры Ленинграда, очень понравился театр комедии, где я смотрел спектакль под названием Синее небо, а в нем облака… в котором замечательно  играл Михаил Светин.

На первом курсе меня чуть не отчислили из училища, помню в наряде очень хотелось спать, и постоянно хотелось есть, вот эти два чувства я хорошо запомнил. Позднее все нормализовалось, учеба покатилась ровно,  в основном на отлично. На втором курсе я стал старшиной группы,

а на период молодого бойца, меня назначили замом командира роты первого курса. Помню, как я обучал вновь прибывших курсантов строевому шагу и флотской жизни в казарме. Голос от усердия сорвал.

По распределению я был шестым и сам выбрал себе место работы на Камчатку.

Танкер « Мокша », экипаж был небольшой, но дружный, правда я представлял свою работу немного по другому,  «розовые» очки упали быстро, когда второй штурман выпил жидкость из магнитного компаса, а вместо залил воду, я понял, что на флоте существуют традиции о которых я и не подозревал. Радисты экономили спирт, а потом делили его с капитаном, матросы пили даже клей БФ, короче своего рода романтика.

Когда набирали команду на СМТ «Дунай» для замены экипажа во Вьетнаме, одним из первых откликнулся я.

На Камчатке я прожил восемь лет. Места вокруг очень красивые, платили тоже хорошо, но климат там довольно суровый, частые смены давления, короткое лето, снежные зимы. В мае бывают пурги, с выпадением снега на полметра.

Поэтому все, взвесив, я в 1996 году уехал к маме в Ленинград.

В данный момент я живу в поселке Ильском, куда переехал в 2007 году. Сочиняю стихи последние десять лет, за это время написал десять книг, пять из которых изданы : «Мечта сбылась», «Я люблю тебя, Владивосток», «Курорт-время размышлений», «Мысли вслух», и «Верный путь». Ждут своего издания еще пять : «Стихи, как заклинания» и «Вибрация», «Золото», «Дураку все, или ничего», «Большой взрыв»

Закончить повествование о себе я хочу отрывком из своего стихотворения:

Счастье и несчастье — безгранично, прошу прости меня, прости меня, Господь, что я почаще к счастью, самолично, ласкался, а с несчастья лился пот. Когда оно вокруг меня искало, я счастью предпочтенье отдавал. Пусть лик мой скроет счастья забрало, и пусть простит, что я несчастье забывал…